Новости/Пресса

Душевная благотворительность: милостыня, «Клятва дарения» и дурацкие вопросы

Как связан с благотворительностью Пифагор, откуда у фондов деньги и как выбрать, кому помогать, рассказали в лектории «Благосферы» на Х Благотворительной ярмарке Душевный Bazar.

Лекторий Центра развития благотворительности и социальной активности в Москве «Благосферы» работал на Душевном Bazar’e в зоне «Помоги делом». За время ярмарки в нем было прочитано семь лекций, а в перерыве проходила открытая запись подкаста «Дурацкие вопросы о благотворительности».

Пифагор, Чулпан Хаматова и Билл Гейтс

В массовом сознании благотворительность до сих пор ассоциируется с анонимной раздачей милостыни, часто видится только в историческом контексте — как вклад царской семьи и состоятельных людей в общественное развитие дореволюционной России. На самом деле благотворительность была всегда и в ней участвовали разные люди: и обычные, и выдающиеся, и состоятельные, и не очень. Об этом говорила в своей лекции «Благотворительность: история ярких личностей и открытий» Наталья Каминарская, директор центра «Благосфера».

«Благотворительность – уникальная вещь. Нет ни одного общества и ни одной страны, где ее бы не было, и корнями она уходит в самые далекие времена», – подчеркивает Каминарская.

Благотворительность объединяет людей сквозь эпохи и через континенты. Что общего у древнегреческого математика, российской актрисы и крупного американского бизнесмена?

Пифагора поддерживали меценаты, но он оставил и собственный след в благотворительности. Он создал академию и завещал все свои средства на ее содержание. Она существовала за счет этих денег почти 300 лет. «Это то, что мы сейчас называем целевым капиталом», – объясняет Каминарская.

Чулпан Хаматова не только учредитель одного из самых узнаваемых в России благотворительных фондов, но и человек, который очень много сделал для популяризации благотворительности в России.

Билл Гейтс, кроме того, что создал благотворительный фонд, входящий сегодня в топ-3 крупнейших частных фондов мира, начал филантропическую кампанию «Клятва дарения». Он призвал самых богатых людей передать не менее половины своего состояния на благотворительность при жизни или по завещанию. Его поддержали более 200 миллиардеров из 23 стран. В России к «Клятве дарения» присоединились Владимир Потанин и Юрий Мильнер, и еще несколько состоятельных россиян задумались о возможности участия в этой инициативе.

«Запомните: благотворительность – это про возможности, креатив и настоящих людей, которым может быть каждый из нас», – говорит Каминарская.

Дурацкие вопросы

Открытая запись подкаста «Дурацкие вопросы о благотворительности» была организована, чтобы показать: дурацких вопросов о благотворительности не существует, подчеркивает Ирина Воробьева, ведущая радио «Эхо Москвы». Гостей «Душевного Bazar`а» пригласили на площадку «Благосферы» задавать любые вопросы о благотворительности. На них отвечали Яна Леонова, директор благотворительного фонда «Измени одну жизнь», и Марина Михайлова, директор Архангельского центра социальных технологий «Гарант».

 

Первый вопрос сформулировала Ирина Воробьева: представим идеальное государство, в котором все работает, – все равно нужны благотворительные фонды или обойдемся без них?

«Да, нужны. Мне кажется, что благотворительность в первую очередь нужна тем, кто благотворит. В каком бы государстве мы ни жили, все равно у человека останется желание помогать, а благотворительные фонды помогут это желание реализовать», – ответила Марина Михайлова.

Представителей фондов спрашивали о том, как они реагируют на недоверие, подозрения в том, что люди из сферы благотворительности очень неплохо живут за счет добрых дел, и, если это не так, зачем им вообще все это нужно.

«Такие вопросы задают даже друзья, — говорит Марина Михайлова. — В этом случае я, во-первых, отвечаю, что я умею зарабатывать, воровать нет нужды. Во-вторых, если вы хотите знать, как все устроено, приходите, мы вам расскажем… Ольга Алексеева, которая очень много сделала для благотворительности в России, говорила: благотворительность – это территория свободы. Это та территория, на которой мы можем делать все, что считаем нужным».

Был вопрос о том, как выбрать, кому помогать.

«Я помогала животным, у меня было совершенно четкое понимание, что они в этом нуждаются, — рассказывает Яна Леонова. — Когда у меня родился сын, я поняла, насколько беззащитны дети, как трудно им выжить без добрых близких взрослых. Ну и когда я попала в дом-интернат, все. Безусловно, я продолжаю помогать животным, но экспертные знания, все силы и все время я отдаю детям-сиротам».

Конечно, выбор совершается по велению души, считает Марина Михайлова. Если человек помогает не разово, со временем он начинает разбираться: как работают мои деньги? У кого из фондов результаты лучше? Следующий шаг — помогать «на перспективу», поддерживать системные проекты.

«Может, стоит начать помогать не там, где сейчас больно, а там, где сделают так, чтобы не было больно в будущем? Сейчас у нас благотворительность больше похожа на беганье с тазиком под теми местами, где капает. До того, чтобы залатать крышу, мы, наверное, еще не дозрели», – констатирует Марина Михайлова.

Представителей фондов спросили, на что живут благотворительные организации.

«На деньги, на время людей, на внимание, на то, что множество людей разделяют с ними их ценности. Откуда деньги? Деньги, как обычно, – люди, государство, бизнес-компании», – говорит Яна Леонова.

«Не удивлю: благотворительные фонды живут на часть тех средств, которые перечисляют благотворители… Мы не кусок отъедаем, а работу работаем. Мы делаем ту странную и часто невидимую работу, чтобы тот, кто хочет помочь, и тот, кому очень нужна помощь, нашли друг друга», — отвечает Михайлова.

Подкаст «Дурацкие вопросы о благотворительности» будет доступен на сайте «Благосферы».

79109340_530260351165429_4884671240658223104_n-788x520

В ближайшее время мы больше расскажем вам про лектории Душевного Bazar’а, например, про площадку «Помоги делом», следите за нашими новостями!

По материалам Агентства социальной информации.